РоссиЯзм. Раздел 3. Москва моя

Ягнёнок по имени Гав!
Трамвай впереди паровоза
Вершки и корешки
Без mail'а не влезешь
Пешком по скрижалям.
Призыв заднего вида
Деньги подземелья
Памятник физкультуры
День без базара
Вавилонская шашня
Обман природы
Флирты на асфальте
Негде плюнуть. От нас самих
Торжественный сквозняк и память-непроливайка
Аббревиатурное собрано
День уязвимости
Язык до Киевской

Москва моя (продолжение)
Трамвай  впереди паровоза
Нежно любимый (не) всеми градоначальник вознамерился заново обрельсить обестрамваенную Ленинградку. А чтобы втиснуться в расшиперившийся проспект, заменить оборотное кольцо разворотным крУгом, вроде паровозного. (Ликбез: это шайба такая, диаметром чуть длиннее паровоза. На ней — рельсы. Шайба поворачивается вокруг своей оси. Вместе с паровозом. Который после этого уезжает задом наперёд или наоборот.)

Это чушь паровозная, конечно. Хотя бы потому, что гораздо проще обойтись вообще без разворотных хитростей. Например, 46 лет назад в Киеве я видел челночные трамваи. На конечных станциях они переходят на встречный путь, как в метро. Понятно, что в них два поста управления и двери с обеих сторон.

Радует другое. Пусть с отставанием на полвека, пусть по-паровозному, но Москва, похоже, бросится догонять Америку. Которая пережила автобум в далёких 20-х и тогда же на радостях едва не повыдергала все трамвайные рельсы. А после войны спохватилась и взялась за трамвайный ум. Уже скоростной.

Нам не до скоростного жиру. Для начала хотя бы тормознуть неуёмных рельсовыдёргивателей. Ну, а там, глядишь, и новые пути засветят. Может, доживём даже до шлагбаумов на трамвайных переездах: с нашими новыми ру...лилами без этого никак.

Мэр выдал лозунг: Ездить по рельсам, как по железной дороге. Благо, есть на чём. Завод в Усть-Катаве как-то вдруг перестал тачать промороженные шарабаны, знакомые мне по Ульяновску начала 60-х, и делает для Москвы вполне приличные трамы. Покатаемся!
24.10.2007

Вершки и корешки
Втихаря, полушёпотом, скороговоркой, без объяснений скормили нам городской бюджет на будущий год. Расходы больше доходов на 100 миллиардов. Откуда они возьмутся,  даже никто не спрашивает. А раз никто не спрашивает, то никто и не отвечает. Вот ежели я, к примеру, потрачу за год больше, чем получу, значит, у меня заначено было. Или в долг выпросил. Или кто просто так дал, по-родственному. У Москвы ничего не заначено, кроме прошлых займов. К ним теперь  и грядущие долги добавятся. Кто, когда и из чего их будет отдавать, — думайте сами.

Так совпало, что в землю будут зарыты именно 100 миллиардов. Точнее, даже 105. Это сверху. В смысле, при прокладке новых дорог. Ленинградку разопрёт до самых окон. Новорижское шоссе вонзится в Пресню. Начнётся строительством четвёртое пробкообразующее кольцо.

Для сравнения. Под землю уйдут всего 35 миллиардов. Метрострой получит втрое меньше дорожников. На эти деньги, возможно, удастся домучить четвертьвековой долгострой и добраться до Митина. Больше — вряд ли. Сколько бы ни фантазировал градоначальник о 30 станциях и 70 километрах.

Может, так и надо. Даже очень надо. Надо вчера и 70 лет назад. Ведь все городские кольца и автомагистрали замышлялись ещё по генплану 1935 года. Беда в том, что при нынешней обвальной автомобилизации это уже не поможет. Любая супермагистраль с момента рождения обречена на заторы. Во-первых, из-за примыканий и съездов на самые обычные улицы и в переулки. Во-вторых, радиально-кольцевая дорожная сеть неизбежно самозакупоривается в направлении к центру. В-третьих, само дорожное строительство годами мешает движению.

Где искать выход, похоже, никто не задумывается. Потому что по-прежнему предлагаются многоуровневые развязки, чуть ли не трёхэтажные улицы, подземные дороги и т.п. чушь. За новые долги.

А ведь есть такая скушная вещь, как оптимальный баланс личного и общегородского транспорта. Говоря проще, думать надо не только об автовладельцах, но и об остальных. Тем более, что это категории взаимно перетекающие. Можно потратить деньги так, чтобы вынудить первых стать вторыми. А можно и наоборот. В европах и америках думают. А мы бездумно проламываемся евроамериканскими хайвэями сквозь собственные дома.
30.08.2007

Без mail'а не влезешь.
Какое низкое коварство
Полуглухого забавлять...

А.С. Пушкин. "Евгений Онегин"

Обожаю звонить в офисы.
Вы позвонили в офис нашей компании.
Хм. Спасибо. Хотя я вроде ещё не забыл, зачем кнопки нажимал.
Обращаем Ваше внимание на то, что Ваш разговор записывается.
Хорошо, что не успел ничего сказать за нехилый сервис. Только подумал.
Если Вам нужно одно, нажмите 1. Если Вам нужно другое, нажмите 2. Если Вы не знаете, что Вам нужно, дождитесь ответа оператора. Тирлим-бом-бом. Бом-бом-тирлим. К сожалению, все операторы заняты. Но мы уверены, что музыка Вам понравилась. Вы услышите её снова, если позвоните позже. Короткие гудки.

Бывает и долгоиграющий самобрёх. Вплоть до тирлим-бом-бом — всё то же самое. Зато потом...
До ответа оператора осталось ...цать минут. Тирлим-бом-бом. Бом-бом-тирлим. До ответа оператора осталось уже на минуту меньше. Тирлим-бом-бом. Бом-бом-тирлим.
Телефон у меня на повремёнке, но я упёрся. Дослушал тирлимканье и бомбомканье до последней минуты. Пока ждал, сказал ИМ всё: пусть записывают. Наконец, возникла дама с нормальной, нероботизированной артикуляцией. Выслушала мой монолог. Попыталась связаться, с кем надо. Не получилось. Обещала после. Решила, что мне понравилась. Потому как просила звонить ещё.

Пусть не обижается, не позвоню. Всё устроилось без неё. Отправил mail. Ночью (!) пришёл ответ. Плевать, что автоматический. Зато положительный. Для меня. Для компании — совсем наоборот. Она погорела на собственной рекламе. Пообещала нечто в 2,5 раза дешевле, чем платил ей я. Но пообещала только тем, кто на новенького. В mail'е я намекнул, что стареньких обижать нехорошо. Странно, но сработало!

Не ждите ответа. Лезьте в виртуал. С mail'ом.
23.05.2007
Видимо, дама всё же обиделась и соскучилась. Нынче утром офис позвонил мне сам. Офисный самобрёх долго молчал. Но я-то слышал: шуршит контора. На моё алёканье вдруг затарахтело родное тирлим-бом-бом. А вот и автоматическая просилка: Пожалуйста, оставайтесь на линии. Через некоторое время Вы сможете продолжить (???) разговор. Дама, увы, оказалась не одна. Следом за ней некто cпопугайничал якобы по-английски: Please... (остальное тоже разборчиво, но плохо запоминается). Дальше — тишина. В смысле, тирлим-бом-бом, с повтором до бесконечности. Пишу и слушаю. Входящую халяву. По правилам телефонной вежливости, отключиться первым должен позвонивший. Не дождался. Теперь офис опять обидится.
25.05.2007

Призыв заднего вида
Экономия — способ тратить деньги безо всякого удовольствия.
Заёмный юмор.

Когда-то, в эпоху соцсоревнования между свиноматками и несушками, киножурнал "Фитиль" провёл эксперимент на шоссе. По просьбе киношников ГАИшники привычно, из-за кустов, тормозили шоферов и спрашивали каждого, с какой скоростью тот ехал. В ответ — испуганно-скромненькое: 30, 40, 50, в крайнем случае, 60. Следовал второй вопрос: А во-он на том щите какое число вы видели? — Застигнутый трепетал и гадательно полувопрошал: 30? 40? и т.д. На самом же деле, поперёк всего щита были намалёваны единица и шесть нулей. Это местный совхоз очень хотел стать миллионером. Не у Максима Галкина (он тогда ещё не родился), а по ежегодной яйценоскости.

Сегодня на МКАД видел внушительный, 6 х 3 м, призыв экономить электроэнергию. Над щитом — 5 консольных осветителей, не меньше 500 Ватт каждый. Машинально сосчитал. Если они горят хотя бы 1/3 суток, то при тарифе 2 руб. за 1 кВт.ч призыв обходится ежегодно в 14600 руб. Чистого убытку. Потому что начертан — от имени городского правительства — на обратной стороне щита. На лицевой — нормальная реклама автосервиса. Который заплатил и за щит, и за столбовую опору полуметрового диаметра. Но не пропадать же изнанке! Вот и представьте, как призывопослушный водитель внимательно разглядывает энергосберегающую завлекалочку... в зеркале заднего вида. На ходу, естественно.

26.02.2007

Деньги подземелья
Давненько не катался я на метро в час пик. При входе на "Пражскую" — толпа, изумлённая приходом первого числа сразу за тридцать первым. Действительно, кто ж знал вчера, что сегодня — новый месяц? На перроне — квадратно-гнездовое построение. Каждый давно заметил на путевой стене свою персональную трещинку, супротив которой грядут двери вагона. Новички вклиниваются между. А зря: если и войдут, то последними, на плечах предпоследних. На этих плечах и провисят все 15 км до Серпуховки. Да ещё попутчиков примут на свои плечи.

Первый вдох — на переходе. Ближе к эскалаторам толпа самоуплотняется и ползёт на задержке дыхания. Навстречу — такой же полузадушенный верблюд, уже миновавший игольное ушко перехода. С недавних пор переход работает ещё и как единственный выход с Добрынинской. Потому что эскалаторы там поставили новые. В 1950 году. Из расчёта на сто лет. Но менять пришлось уже теперь. Из-за того, что метро возит в день аж 10 миллионов человек. А не пять, как думали когда-то проектировщики. Они не виноваты. Да и где они теперь.

Сегодня нормально дышать в метро может только каждый второй. Главное, уметь считать до двух и не оказаться первым. Если не повезло, утешьтесь ожиданием. Подземный вентиляторов начальник и отдушин командир обещал телевизору обвоздушить всех. Уже один ветродуй запустили. Дышите глубже.

Дышу, крадусь к эскалатору и на ходу считаю. Каждого из ежедневных 10 миллионов турникет облегчает на 17 рублей — это ж больше 60 миллиардов в год. Конечно, содержать метромахину тоже недешево. Но неужели ничего не остаётся сверх? — Не знаю. Примечательно, однако, что в последние годы стоимость проезда повышают уже без привычных причитаний по поводу убытков и дотаций на эксплуатацию. Очевидно, что деньги есть не только на закрытие входов, но и на открытие новых. Чего стоил хотя бы лабиринт на дальнем конце Маяковской. Но почему-то на 60-миллиардном фоне новое строительство прозябает на крохи с федерального стола и на городские подачки. Того и другого метрострою едва хватает на поддержание штанов, в смысле, брошеных выработок. Вот я и думаю: может, под землёй тоже копится стабфонд? Рублёвые закрома Родины. На случай краха мировых валют.
01.02.2007

Памятник физкультуры
То, что некогда было лыжной базой "Красный маяк", давно саморазваливается и ныне существует только как своя противоположность. В смысле, конюшня. Отсюда двуногие выезжают верхом на копытных гадить в окрестностях и уродовать лыжные трассы. Символ саморазвала — рухнувший этим летом бетонный мосток рядом с бывшей базой. Она когда-то принадлежала профсоюзам. Теперь числится федеральной собственностью. Стало быть, ничья. Власти Москвы и Южного округа от неё открещиваются: наше — не моё. Зато бойко отчитываются в телевизор о своей спортивно-развивательной активности.

По нынешним меркам база и разговора-то не стоит: полтора сарая. Обновить её тоже недорого обошлось бы. Но пока заняться ею некому. Не лошаводу же! А лыжники обойдутся. Как и до сих пор. Будут кружить по "пятёрке" местной спортшколы. Неленивые уйдут дальше, за МКАД, в Битцу. Там тоже всё не просто. Любительская лыжня оказалась на землях трёх хозяев, каждый из которых мечтает свою долю продать сами знаете, кому. Против — только самодеятельные лыжники. Кто ж их услышит! Особенно посреди олимпийского гама вокруг Сочи. Олимпиады там никогда не будет. Но деньги на ремонт провала уже потекли рекой по горным склонам. Да и ручьями — понятно, куда.

Уповать можно только на нового вождя. Все видят, что из телеканала "Спорт" уже год не вылезают коньковые стрельцы. Опять же российская традиция: после лысого — лохматый. Легко догадаться: на смену лысеющему дзюдоисту-горнолыжнику грядёт шевелюристый биатлонист. То есть хотя бы одним боком — лыжник-гонщик. Хотя, что это я, никак опять работаю Вангой...
26.01.2007

День без базара
Новогоднее утро. Москва без торгашей. Лабазы, караван-сараи, ларьки, фургоны, забегаловки, развалы, вонючие обжираловки, киоски, рынки, торговые центры, бутики, пассажи и пр. и др. — всё закрыто. Проходы, переходы, платформы, вагоны — только чтобы ходить и ездить. А не натыкаться на растопыренных горластых тёток и на разваленных под ногами собак. Свободно, спокойно, тихо, чисто. Жаль, что ненадолго. Только до полудня.

А почему, собственно? Нам что, это всё нужно? Или мы без этого не обходились и не обойдёмся? Без китайского одноразового утиля под видом одежды, обуви или инструмента. Без римско-чертановской пиццы под протухшим сыром. Без ядовитого бигмака и червивой шаурмы. Без бутылочных батарей и сигаретных россыпей. Без глянцевой макулатуры и токсичных игрушек. Без зазывал и впаривателей. Без зевающих охранников и мИнеджеров в пустопорожнем сиянии поднебесных цен.

Увы, никуда эта шушера не денется. Будет только прибывать и плодиться. Потому что торговать и ничего не производить страна будет ещё долго. Пока нефть не кончится. Ведь именно из неё растёт зарплата тех, кто кое-где у нас порой что-то покупает.
01.01.2007

Вавилонская шашня
Почти русскоязычный грузин изваял вполне русскоговорящего градоначальника. Подложил ему своё скульптурное спасибо. Сами знаете, за что. По счастью, градоначальник ещё не настолько обронзел, чтобы живьём тягаться в обаянии с собственной статуей. Которая к тому же обрамлена была чем-то вроде аэропортовского металлодетектора. В общем, пришлось издаяние перелицеваять. В русскошептавшего поляка, в смысле, папу римского. Вместо градообразующих рук приделать замиряющие. Кепку на камелавку перелепить. Над металлодетектором крест воздвигнуть: вроде как врата храмовые.

Самое трудное тоже счастливо свершилось: нашлось, кого одарить. Счастье привалило захолустному французскому городишке. Хилый муниципальный бюджет слегка просел под стоимостью постамента. Всё же торжествующие католические франкоговорильцы ваятелю хлопали. Правда, многие громко свистели против. Ваятель снисходительно улыбался: пошумят и разойдутся. Назад не повезут: денег не хватит. Потому что после открытия монумента городской кошель окончательно сдулся. Торжества обошлись вчетверо дороже каменного цоколя.

Издаятеля поддержал присутствием посол из соседней многоязычной страны. Очень заметной. Под микроскопом. В ту страну его сослал ещё пятизвёздочный генсек. Хотя на самом деле то был совсем не посол, а русскопишущий киргизский литератор. Когда генсека и генсековой страны не стало, посол остался. А теперь сгодился и сумел-таки не офранцузиться.

Благодарная Россия вздохнула облегчённо: Москва убереглась от очередной зурабины.
12.12.2006

Обман природы

Видел белку. Сидит на пне, как дура, в беличьей шубе. Новой, серебристой. Под цвет прошлогоднего снега. Потому что ровно год назад, 8 декабря, он как раз и насыпался. У меня в календаре записано. Первый раз в сезоне на лыжах тогда вышел. В этом году на лыжи встал уже в ноябре, а толку? За окном заплесневелый плюс. Аж грибы повылезли. На днях ночной академик толковал, что земная ось выпрямилась. Медведи, которые об неё в "Кавказской пленнице" тёрлись, тереться утомились или вовсе иссякли. Москва, стало быть, ближе к Солнцу стала. Чем Якутия, например. Столичные знатоки от сохи пугают неурожаем озимых. Где они их видели? Опять же, урожай озимой нефти от погоды не так уж и зависит. Разве что измерять его в долляриях. Без морозов нефть дешевеет. Тоже не страшно. Потому что бензин наверняка подорожает. По крайней мере, в России. А если не бензин, то свет и газ. Потому что телефон — уже. Нас не обманешь!
08.12.2006

Флирты на асфальте
Некто явно юный вывел белой краской на асфальте пожарного проезда за соседним домом: Зая, с добрым утром! Всё будет хорошо!

Хорошо-то хорошо, но представить себе, как Зая читает из окна пожарнопроездное дацзыбао, и умильно прослезиться по этому поводу что-то мешает. Иду к метро и сомневаюсь. А ну как этот подфасадный клинописец однажды решит: Ведь Маня-то получше Заи будет? Что ж тогда, имя перезамазывать? Хромаю дальше и мучаюсь чужой проблемой. И она вдруг решается. Сама. Потому что под ногами — очередной привет: Маша, с добрым утром! Люблю. Скучаю. Навеки твой, Вася. Почерк, краска, стиль — те же!

Да мне-то что до них до всех! Ну, пойдёт Зая к метро. Прочтёт привет Маше. Устроит выволочку Васе. Зато Маше к метро — в другую сторону. Она не пойдёт к дому Заи и останется с Васей. А Зая — с носом. 

Дёрнуло меня, однако, возвращаться другой дорогой. Мимо совсем уж посторонних для Васи домов. Если бы! Возле одного из подъездов выведен, как говорят дипломаты, аутентичный текст: Зая, я люблю тебя! Всё будет хорошо! Вряд ли Вася не знает точно, где обретается его Зая. Скорее, у него не одна Зая, а не меньше двух. Кроме той, которая Маша. 

Не зря, выходит, я сомневался. Жаль только, что пешеходный народ уже проникся и прикипел к Васе. Не все же такие въедливые, чтобы под ногами почерк сличать.
10.11.2006

Негде плюнуть. От нас самих.
По опросам, 60 % населения России хотели бы жить в Москве. Которая для этого должна, сообразно, разбухнуть вдесятеро. Советскую власть мы теперь совсем не любим. Хотя она-то как раз понимала: на 100 миллионов жителей харчей завезти можно. Если ненадолго. А вот канализацию для такой оравы уже не построишь. Поэтому в Москву допускали только о-очень нужных людей: слесарей на конвейеры и прочую лимиту. Такую же честь оказывали варягам. Без которых у Москвы не было бы даже своего градоначальника. Не говоря уж о прочих разных членах.

Так или иначе, Москву удавалось держать в обручах. А теперь вот приходится выдумывать обручи пошире. На очереди — асфальтобетоннное кольцо ПВО. Диаметром 100 км. А чтобы успокоить столичных аборигенов, служивые люди в форме иногда показательно вычерпывают из приезжего людского моря самых приезжих на вид.

Но вы когда-нибудь видели, чтобы милиция автобусами вывозила нелегалов-продавцов с какого-нибудь рынка? Вот и я о том. Окучивают почему-то только строителей или — ой, держите меня, — рабочих на овощебазах. Да ведь каждый такой лукоотборочный подпольщик заменяет советского кандидата наук! Хотя живёт наверняка в антинаучных условиях. Зарплаты своей толком не знает, а то и не видел. Как и работодателя. Которого те самые мигромилиционеры тоже не видят. В упор. Результат сокрушительный. Стройка (база) — голая. Казна активно расходуется на самолётный овёс. Криминальный оргнабор торжествует.  Ксенофобы счастливы. Коренные москвичи, рождённые в довоенных Мухосрансках, глотают экстрадир-шоу как психотропную халяву. В смысле, бальзам на душу. Измученную приезжантами. Которых, действительно, вроде бы никто не звал. Но лично мне они ничего плохого не сделали. Да и стране, думаю, тоже.
01.11.2006

Торжественный сквозняк и память-непроливайка
Утром меня поднял странный лай за окном. Явно не собачий. Призывно гавкал динамик во дворе соседней школы. Скликал детвору из-под крыши под дождь — на построение посреди продувного двора. Сколько же малолеток, которые пришли с букетами, уйдут с простудой. Неужто нельзя было их собрать в спортзале?

Возвращаюсь с автобуса. По школьному двору враскачку волокутся два цветочных снопа. Каждый опоясывает необъятную самоходную грушу. Учителки наденьзнанились и ползут домой.

Хорошо, что дети несут в школу цветы. Во всяком случае это лучше, чем тащиться со своими чернилами. В собственной чернильнице-непроливайке. Была такая хитроумная склянка. Края у неё загибались внутрь. Со временем школы разбогатели. В парты стали заделывать чернильницы, которые заполняли из казённой бутыли. Потом долгие годы запрещали перьевые авторучки и сражались против шариковых. Параллельно воевали за чистоту обложек. Учебники и даже тетради надо было оборачивать. Хоть газетой, хоть упаковочной бумагой. Пижоны разорялись даже на цветную. Мне и моим братьям повезло. Мать в изобилии приносила со службы единственное, что можно было оттуда принести: плакаты Храните деньги в сберегательной кассе! Их печатали на роскошной бумаге. Белой стороной наверх они очень даже годились на обёртку.

Теперь вот борются за безопасность. Ограда, охрана, турникеты, пропуска, эскорт-бабушки, встречи-проводы. Даже странно, как это мы тогда выжили безо всего этого.
01.09.2006

Аббревиатурное собрАно
ГУ ГУ ПФ РФ
ФГУ ФБ МСЭ РФ
МЗиСР РФ
Это не дразнилки, а серьёзные госконторы. Самое поразительное, что они легко разгадываются. Возможно, потому, что нелепы даже в полном написании. 

Больше всего мне понравилось ГУ ГУ — городское управление главного управления. Иными словами, главное — управлять управлением. Это вам не ГлавначпУпС. Тот только и умел, что управлять согласованием. Куда этому персонажу из "Бани" Маяковского до наших ГУ-ГУшников!
А как вам аж трижды (!) федеральная медсоцэкспертиза (МСЭ), урождённая ВТЭК? Ну, кто бы мог подумать, что её федеральное бюро (ФБ) — федеральное же госучереждение (ФГУ) самой что ни на есть Российской Федерации?
Последнее, беспородное до неприличия, скрещивание букв — министерство Зурабова. 

Газетёнка Персей вовсю склоняет КДНиЗП районного масштаба. Для недогадливых: комиссия по делам несовершеннолетних и защите их прав.

Буду считать эту запись началом коллекции.

Вот ещё прописной словец из окружной газеты "На Варшавке".
ОПОП — опорный пункт охраны порядка.
ГОУ СОШ. Ну, это даже трамваю понятно. Его остановка так и называется. Школа. Если по-человечески. А на деревянном новоязе — государственное образовательное учереждение, средняя образовательная школа.

А вот некий орган. Охранительный. Даже природоохранный. Обозначен как экологическая милиция. Но зашифрован совсем по-другому: ОУБПОООПС. У вас есть варианты? — Предлагайте.
14.07.2006

Язык до Киевской
На двери будки возле любого эскалатора — дацзыбао: Дежурная справок не даёт. Много раз замечал: слово справок кто-то, очевидно, на ходу, вычеркнул шариковой ручкой. Такое вот протестное голосование. Против очевидной глупости. Что, эта тётка рассыплется, дорогу лишний раз объяснить? Или отвлечётся от пригляда за неутомимой машиной? Которая совсем даже не по воле тётки, а по неведомо кем придуманному графику включается и выключается сама. Тётка бдит, в смысле обалдевает от тоски. Но не шевельнёт пальцем, даже если толпа будет давиться в одну эскалаторную брешь, а рядом ещё две ленты будут отдыхать. По тому самому графику.

Кстати, если действительно случится ЧП, никакая тётка не поможет. Просто не успеет отреагировать. Тут электроника нужна, а не тёткоматика. Хорошо, что техника в метро довольно надёжная. За 71 год был всего один трагический отказ, — когда, кажется, в 1977 г. на Авиамоторной оборвался почти новый эскалатор и люди посыпались в проран. Ну, и что могла за то дежурная? Конечно, у нас, к примеру, не Гамбург. Где вообще никаких дежурных нет. Фотоэлемент управляет экскалатором по потребности. Иначе говоря: есть пассажир на подходе — лестница включается. И наоборот. Понятно, что это не для Москвы, где на каждой ступеньке в день оттопываются тысячи ног. Да и нельзя убрать тёток. Во-первых, куда ж тогда пристраивать на подработку пенсионеров метрополитена? А во-вторых, кто же будет справок не давать

Альтернатива недаваемым справкам — схемы в вагонах. Вы заметили: чтобы схему разглядеть и поводить по ней пальцем, любознательный гость столицы вынужден наваливаться, пардон, промежностью на нос сидящему. Потому что не водить пальцем нельзя. Без тактильного контакта не разгребёшь, к примеру, скопление линий у трёх Киевских или на счетверённом Арбатском узле. Беда не только в том, что схемы мелкие и размещены неудачно. В том же Гамбурге они ещё мельче, но находятся в простенках вагона, где нет сидений. Тогда как в наших вагонах даже у двери нельзя постоять, не приникнув кормой к уху того, кому посчастливилось сесть. Меж тем в старых вагонах, типа А, крайние сиденья были отгорожены глухими панелями, а не полированными трубами, как теперь.

Ну, и конечно, топонимика наша подземная — просто мечта Сусанина. Уж на что я ушлый метроездец, но и то прокололся в самый ответственный момент строительства личной жизни. Однажды в октябре 1973 г. назначил своей будущей жене свидание. На Киевской. Пока ехал, от радости забыл, на какой из трёх. Битый час метался по переходам. Так в тот раз и не встретились. Позже всё уладилось, конечно. Но с той поры всё жду, когда же, наконец, одноимёнок назовут по-разному. Например, Дорогомилово или Площадь Европы.

Понятно, что подобные перемены денег стоят. Которые лучше пустить на что-нибудь путное. Или даже двухпутное. Да и спешить вредно. А то получится как с некоторыми станциями, которые пережили аж до четырёх крещений. Не сдвигаясь с места. Вот новонаречённая Партизанская по проекту значилась как Всемирный стадион. При открытии — Измайловский парк. Потом Измайловская. Потом опять Измайловский парк. В противофазе колебалась её лесная соседка, урождённая, кажется, Измайловской. Здорово "повезло" Охотному ряду. Тут тебе и Проспект Маркса, и даже Имени Кагановича. Был такой курьёз. В 1955 г. вновь открытый Ленинградский метрополитен был назван именем Ленина. А московский был тогда имени всего лишь Кагановича. Ещё живого, хотя уже бывшего министра путей сообщения. Вот и уравняли столичное метро с ленинградским — и то, и другое обленинили. А чтобы Лазарю Моисеевичу обиды не было, подарили ему бывший Охотный ряд. Зато соседняя Библиотека имени Ленина пережила даже первоисточник, именуемый теперь РГБ. Её смежница, Александровский сад, бывала и Калининской, и Имени Коминтерна, а несколько дней (!) побыла чуть ли не Воздвиженкой. Да так, что этого никто не заметил и не помнит. То же и с Кировской. Не успели её обозвать Мясницкой, как тут же перекрестили в Чистые пруды. Как сейчас называется станция у ВВЦ, просто не знаю. Изначально это была ВСХВ, потом ВДНХ, а теперь? Её соседка, по проекту и в нынешней жизни Алексеевская, при открытии обрела всего три буквы (Мир), а потом довольно долго была Щербаковской — по фамилии московского партвождя сороковых годов.  Есть под землёй и блуждающие названия. Ботанический сад — изначальное название обеих станций Проспект Мира. Калужской когда-то была нынешняя Октябрьская. Партизанская — так в проекте числилась нынешняя Улица академика Янгеля.

Как ни парадоксально, но такая переменчивость обнадёживает. Может, когда-нибудь иссякнет канцелярская блажь. Под землю придёт Москва наземная. Если сегодня есть Алтуфьево, Свиблово или Отрадное, то должны появиться Качалово (ныне Улица Старокачаловская), Мазилово (Пионерская), Каланчёвка (Комсомольская), Богородское (Улица Подбельского), Хамовники (Фрунзенская), Лужники (Спортивная), Большие Каменщики (Таганская-радиальная), Зоопарк (Краснопресненская), Пресня (Улица 1905 года), Красный Маяк (Пражская), Рогожская (Площадь Ильича), Воронцовская (Марксистская), Моховая (Библиотека имени Ленина), Тропарёво (Юго-Западная), Сумская (Южная), Площадь Гагарина (Ленинский проспект), Останкино (ВДНХ), Земляной вал (Курская), Перерва (Братиславская), Головино (Водный стадион),  Коптево (Войковская), Ходынка (Аэропорт), Алёшкино (Планерная)  и т.д. Возможно, заодно избавятся от ненужного типового "хвоста" Чертаново, Черкизово, Автозавод, Электрозавод, Измайлово, Нагатино, Тушино и др. Жаль только, жить в эту пору прекрасную...
2706.2006

День уязвимости
В конце 50-х по всей Москве понарыли атомных убежищ. Одно такое появилось рядом с нашим домом, посреди скверика у Хапиловки. Многие станции метро тогда же оборудовали герметичными воротами. Створки, замаскированные или утопленные в боковых стенах, должны были по тревоге наглухо перекрывать доступ в центральный зал. Для убежищ были предусмотрены запасы продовольствия, автономное электроснабжение, очистка и регенерация воздуха.

В Раменках, между проспектами Вернадского и Мичуринским, по слухам, возвели некий подземный город — понятно, не для нас. Много лет я работал в госстроевской высотке на проспекте Вернадского. С двенадцатого этажа хорошо были видны странные бассейны с круглосуточно работающими фонтанами. Говорили, что это охладители-увлажнители воздуха для того подземелья. А наш 22-этажный муравейник в случае атомной угрозы всерьёз предполагалось эвакуировать в Калужскую область, в городок Спас-Деменск. Туда время от времени выезжали начальники всех НИИпроектов, угнездившихся в небоскрёбе. Начальники дегустировали взятое с собой. Заодно проверяли, готова ли местность к чрезвычайному нашествию наукообразных. Которым предписывалось по тревоге следовать вместе с семьями своим ходом на Киевский вокзал, а оттуда — как повезёт.

Сама наша высотка считалась легкосгораемой и негасимой. Поэтому штатные и добровольные пожароупредители неустанно охотились на невменяемых электрочаёвников. Однажды я шутя проверил бдительность огнеохранителей. Спичкой подогрел пожарный датчик. Сигнал сработал. А вот реакция на него живьём последовала только минут через сорок. Время, вполне достаточное, чтобы высотка полыхнула свечкой. Пять тысяч её населенцев регулярно тренировались пожарно эвакуироваться. По учебной тревоге мы все (главное, не все сразу!) должны были спуститься со своих этажей по двум узеньким лестницам и собраться на ближайшем школьном стадионе. На ожидание своей очереди и собственно на спуск уходило от четверти до половины часа. А если б и вправду огонь? Кстати, он однажды таки возник. Три этажа выгорели совсем даже не от электрочайника. Потому что в субботу. После этого к торцевым стенам приторочили наружные пожарные лестницы. На одну из них я бы мог выйти через окно прямо со своего рабочего стола.

В годы, когда всё якобы наше превратилось в ничьё и в лёгкую добычу для новых долгоруких, убежища в лучшем случае стали складами, а в худшем про них просто забыли. Лишь на днях, в июне 2006 г., было решено реанимировать стратегические сооружения в их прямом назначении.

Может, оно и правильно. Мало ли, вдруг придётся прятаться? К примеру, сгорит очередной трансформатор. Обесточится вся страна. В городах остановятся не только трамваи, но и канализационные насосы. А туалеты на автономном электроснабжении где? — Только в убежищах. Там же — противогазы и воздушные фильтры. На случай задымления от подмосковных лесных пожаров. В ближайшее убежище можно переселиться, если пьяный сосед этажом ниже уснул, не докурив, и спалил свою, а заодно вашу и ещё десяток квартир. Меня уже отучили надеяться, что мне такое не грозит. В прошлом году выгорели три квартиры в крайнем подъезде. Много, конечно, и прочих напастей, от которых никакое убежище не спасёт. Когда я колыхаюсь в людской жиже на подступах к эскалатору между "Серпуховской" и "Добрынинской", то совсем не атеистично молюсь про себя: Пронеси, Господи! Тут даже теракт не нужен. Лёгкая паника — и растолкут каблуками в пыль.

Уязвимость — оборотная сторона прогресса. Сегодня с утра отключили всякую воду, а вчера днём — телевидение и интернет. Видимо, чтобы в День памяти и скорби не перегружать население приятностью бытия. Правда, предупредили заранее. Про воду клинописное дацзыбао едва успело вякнуть. Его почти сразу содрали маляры, которым приспичило перекрашивать дверь подъезда и доску объявлений. Про интернет провайдер известил по mail'у лично и пригрозил "перерывами связи" в ночь на 23-е. На самом же деле, связь отрубили ещё 21-го, вместе с ТВ и телефоном самого провайдера. Зато весь вечер смотрел старые видеозаписи своих марафонов. Спасибо детям и подругам — увековечили. Утром же для общения с внешним миром остался только мусоропровод. Сорванное дацзыбао посулило взамен отключённой воды привозную. И правда: едва снова зажурчало из кранов, как во двор въехала обещанная цистерна. Лучше поздно, чем вообще.

Я даже не мог пересидеть катаклизЬм на работе. Потому что работу мне должны были прислать накануне по электронной почте. Может, податься в убежище? Но ближайшее недавно срослось с будущими гаражами под скандальной новостройкой на Чертановской, 50. Пойду в Битцевский лес. Говорят, он уже не маньякоопасен. Хотя этому не верят даже те, кто якобы маньяка якобы отловил. В лесу встретил бывшего одноклубника с подругой. Он тоже не верит сомнительным ловцам душегубов и носит с собой настоящий револьвер. Первый день войны известен. А последний?
22.06.2006


Москва моя (продолжение)
РоссиЯзм (оглавление)
На главную



Обратная связь. E-mail: tblrenko@yandex.ru

free hit counter